Характеристика современной эпохи

04.01.2016 09:42

Современный этап исторического развития человечества конца ХХ – начала ХХI века характеризуется переходом от Нововременной концепции мира – классической парадигмы, в которой человек изучает объект и получает объективное знание (наука об обществе основана на механической картине мира) и сложившейся в ХХ веке неклассической парадигме, в которой важен объект и средства его познания (отказ от прямолинейного онтологизма и понимание относительной истинности теорий и картины мира), к постнеклассической, в которой «ответ зависит и от свойств объекта, и от способа вопрошания, и от способности понимания вопрошающего субъекта» (В. Буданов) [[1]]. Определяя содержание современных изменений, можно говорить о переходе от философской логики «наукоучения», характерной для «разума познающего» (XVII – XIX веков), к разуму, стремящемуся понять культуру в ее всеобщих онтологических предположениях XXI века (В. Библер) [[2]]. Такая трансформация самосознания культуры ХХI века говорит об исчерпанности нововременного проекта и о рождении постмодернистской эпохи, о переходной эпохе.

Наиболее важные вопросы современной переходной эпохи связаны с необходимостью изучения неустойчивых исторических процессов новейшего времени, развития нестабильных ситуаций или переходов, возникновения «порядка из хаоса» для определения понятия переходности и с целью создания иной методологической базы для изучения этих процессов, чем те, которыми пользуется современная историческая наука.

Современные социальные изменения рассматриваются в философии в основном с позиции изменений в техническом и экономическом базисе, поэтому современная эпоха называется с позиции материальной части общества: «постиндустриальной». Называя современную эпоху «информационной», определяя знания как основную производительную силу этого общества, определяют их в технико-экономическом приложении, а не как фундамент культуры. Характеристика постиндустриального общества дается с позиции экономики, научно-технической революции, развития общества потребления, перехода от преимущественного производства товаров к производству услуг. Признавая, что производственным ресурсом становятся информация и знания, научные разработки, уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работников (Р. Флорида) [[3]], не объединяют этот процесс с ростом субъективного фактора, переносом мысли этого креативного человека в мир культуры.

Социальная философия констатирует произошедшие изменения и в области знания, превращение их в определяющий фактор производства, что отодвигает на задний план и капитал, и рабочую силу. П. Дракер говорит о создании экономической системы на основе знания. Знание стало одним из видов ресурсов, одной из потребительских услуг. Во все времена знание было частным товаром. Теперь практически в одночасье оно превратилось в товар общественный [[4]]. Такое отношение к знанию, которое не соединяется с миром культуры, привело сегодня, в период реформирования образования в России к тому, что образование рассматривают с экономической позиции и называют сферой образовательных услуг, выхолащивая главное в образовании – образование как основа духовности общества, передача смыслов человеческого бытия, культуры, что сегодня ведет к разрыву связи поколений («Какое, милые, у нас Тысячелетье на дворе?» Б. Пастернак). Данный разрыв происходит на нравственном уровне.

Концепция переходов в историческом процессе с материальной, экономической позиции рассматривает также марксистская теория, наиболее распространенный подход в научной литературе, названный материалистическим пониманием истории, согласно которому фундаментом, базисом любого конкретного общества является определенная система социально-экономических отношений. Производство, взятое в определенной общественной форме, есть не что иное, как определенный способ производства (рабовладельческий, феодальный и т. п.). Исторический процесс – это процесс развития и смены общественно-экономических формаций через революцию, классовая борьба является движущей силой истории [[5]]. Данный подход к историческому процессу не объясняет переходное состояние общества, причины, движущие силы изменения и развития общества. Эту ограниченность марксистского подхода раскрывает А. Гуревич, отмечая, что даже если допустить, что материальное производство является решающим фактором социального развития, то демонстрация определенных экономических состояний и изменений еще не дает нам объяснения движущих пружин социальных процессов, ведь общество – это объединение живых людей с их интересами, потребностями, мыслями и эмоциями. Он поднимает вопрос о методологии научного поиска, коренной специфики исторического знания как науки о культуре. Для проникновения во внутренние причины поведения людей надобен совсем иной исследовательский инструментарий, нежели тот, какой предлагал историкам экономически и социологически ориентированный марксистский позитивизм [[6]].

Долгое господство в социальной философии материалистического подхода к истории закрепило взгляд на исторический процесс с позиции признания идеи прогресса. Современная онтология «перегрета» прогрессом человечества и страдает от обнаруженной ею инвариантности (В. Буданов) [[7]]. Экономический детерминизм, характерный для рассмотрения исторического процесса с позиции марксизма, почти исключает субъективный фактор. Современная ситуация критики господствующих, не замечающих культурных оснований, экономических и политических изменений ведет к необходимости поиска иных подходов к анализу социальных процессов.

Определяющим условием развития всего современного мира стал фактор культуры как совокупность способов передачи знаний, ценностей, норм от поколения к поколению, от одной личности к другой (С.Ячин) [[8]]. Именно это переориентирует наше сознание, освобождает его от абсолютных предначертаний бытия и иначе актуализирует всеобщий смысл бытия, «бытия в культуре» [[9]]. Такие изменения, происшедшие в положении человека в мире, превращает человека в центральное звено научной картины мира, требуют внимания к его ментальности.

Анализ процессов, происходящих в переходную эпоху, требует современного, постнеклассического подхода, в задачи которого входит описание сложных, эволюционирующих систем и процессов, объектом которых является внутренний мир человека, культура, история, общество, «человекоразмерность» этого подхода (В. Степин: сложные, исторически развивающиеся объекты, включающие в себя человека, и соразмерные с его действиями). На переднем крае научно-технологического развития, в связи с освоением сложных саморазвивающихся систем, поиска оснований и описания «среди прочих факторов, еще и духовной «тяги» аттракторов будущего [[10]], возникают точки роста новых ценностей и мировоззренческих ориентаций, которые открывают новые перспективы для диалога культур. А этот диалог, необходим для выработки новых стратегий жизнедеятельности глобализующегося человечества, для выхода из глобальных кризисов, порожденных современной техногенной цивилизацией. Все социальные объекты, рассмотренные с учетом их исторического развития, принадлежат к типу сложных саморазвивающихся систем [[11]]. Период смены эпох рождает рефлексию исторического, что является основой построения и перестроения социальной философии на уровне понимания тех процессов, которые составляли содержании исторической эпохи. То, что в традиционном диалектическом описании развития структурно не анализировалось, а просто обозначалось как «скачок», «перерыв постепенности», «переход в новое качество», теперь стало предметом научного анализа. Синергетика сосредоточивает внимание на процессах неустойчивости, состояниях динамического хаоса, порождающих ту или иную организацию, порядок. Теоретическое описание этих процессов основано на введении особых идеализаций [[12]]. «Синергетика человекомерных систем сегодня, в эпоху антропологического поворота, формирует особый метауровень культуры, рефлексивный инструментарий анализа ее развития — синергетическую методологию, методологию междисциплинарной коммуникации и моделирования реальности» [[13]]. В соответствии с этой парадигмой развитие понимается как последовательность длительных периодов, соответствующих стабильным состояниям системы, которые прерываются короткими периодами хаотического поведения («бифуркациями»), после чего происходит переход к следующему устойчивому состоянию («аттрактору»), выбор которого определяется, как правило, флуктуациями в точке бифуркации.

Переходная эпоха требует личностей – носителей новых идей, которые смогли бы объяснить обществу новые ценности, соответствующие XXI веку, собрать людей в новые духовные объединения (выполнить роль аттракторов в период хаоса). Ситуация переходного периода в стране поднимает проблему духовного единства, мыслительных перспектив, идеологической самоидентичности. Ситуация переходного состояния общества имела место в истории человечества много раз, духовная действительность, культура, искусство объединяли людей, новыми смыслами, высказанными гениями, предлагались ответы на возникшие вопросы. Переходные эпохи как эпохи рефлексии истории человечества приводят к пониманию процессов, которые шли в обществе, были не явленными, не понятыми, но именно они определили современное состояние человека и человечества, все проблемы и болезни современности. Лишь на выходе из эпохи становится понятна историческая правда о достижениях данной эпохи.

 


[1] Владимир Буданов. Методология и принципы синергетики [Текст] //Філософія освіти 1(3)/2006 С. 153-154.

[2] См. Библер, В.С. От наукоучения – к логике культуры: Два философских введения в двадцать первый век. М.: Издательство политической литературы, 1991. – С. 7-8.

[3]Флорида, Р. Креативный класс: люди, которые меняют будущее. [Текст] /Р. Флорида. – Пер. с англ. – М.: Издательский дом «Классика-XXI», 2005. – 421 с.

[4]См. Дракер, П. Постэкономическое общество. Новая постиндустриальная волна на Западе. [Электронный ресурс]/Под ред. В.Л.Иноземцева.М.,1999. Режим доступа: https://scd.centro.ru/rass.htm

[5] Маркс, К. Манифест коммунистической партии.  /К. Маркс, Ф. Энгельс: Сочинения, 2 изд., т. 4. М.: Государственное издательство политической литературы, 1955. С. 3-24.

[6] См. Гуревич, А. Я. История – нескончаемый спор. О кризисе современной исторической науки. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2005. – С. 435-436.

[7]См. Буданов, В.Методология и принципы синергетики. //Філософія о світи 1(3)/2006. С. 153.

[8]См. Ячин, С.Е. Состояние метакультуры //Философия и культура (Научный журнал Института философии РАН). 2008. – № 7. – С. 127.

[9]См. Библер, В.С. От наукоучения – к логике культуры: Два философских введения в двадцать первый век. /В.С. Библер. М.: Издательство политической литературы, 1991. С. 300.

[10] См. Сафрошкин, Ю.В. Системный аттрактор ноосферного будущего и его отражение в национальной идее России. /Ю.В. Сафрошкин. Ульяновск: УлГТУ, 2010. С. 6.

[11]См. Степин, В.С. Саморазвивающиеся системы  и постнеклассическая рациональность [Электронный ресурс] /В.С.Степин. Режим доступа: https://spkurdyumov.narod.ru/Stepin50.

[12]См. Степин, В.С. Ук. Соч.

[13] Буданов, В. Методология синергетики в постнеклассической науке: принципы и перспективы [Текст] /В. Буданов. Опубликовано: Постнеклассика: философия, наука, культура. СПб.: Издательский дом «Миръ», 2009. С. 361.